Глава 18

Я сидела на унитазе и пыталась подавить приступ тошноты. Выпив два стакана воды, я налила третий и, поставив его на ночной столик у кровати, снова легла под одеяло.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Кэри, ты будешь завтракать?

Нет, мне не хотелось есть.

Я пролежала бы в номере весь день, если бы Генри не стоял над душой и не мямлил:

– Кэри, уже одиннадцать часов, я приготовил тебе кофе.

Я не могла пошевелиться.

– А как же то мероприятие, на которое тебя пригласила мать?

Он, должно быть, шутил!

– Номер снят до полудня. Мы должны освободить его.

Хоть бы он убрался!

– Кэри! Прошу тебя!

В конце концов Генри все же усадил меня в машину, раскаленную, как духовка. Я чувствовала себя отвратительно. Средства от головной боли, которые мне принесла официантка, спавшая этой ночью в номере Барри, не помогали. Так плохо я еще никогда не чувствовала себя. Выглядела я соответствующим образом. Генри тем временем болтал без умолку.

– Я знал, что нас могут отметить подарком, но все равно, когда назвали мое имя, я страшно разволновался… – в третий раз рассказывал он о своих впечатлениях от награждения. – А она очень ничего. Кэрол ее зовут. По-моему, она первая у Барри после разрыва с Джули… А Синтия – правда замечательная? Такая хозяйка. А Уинтербар, он хоть и сумасбродный немного, но, знаешь, начальство его ценит… Он ничего не говорил о том, кого назначат менеджером в этот новый супермаркет? Нет? Я так и думал…

Поздравляю тебя. Как мило. Да, замечательная. Не сомневаюсь. Не говорил. Генри, останови машину, меня тошнит.

Генри остановился, чтобы купить мне бутылку воды, парацетамол, несколько влажных салфеток, журнал «Мир женщины» и чипсы с луком и сыром.

– Жирная пища помогает при похмелье, – весело сказал он.

Мы снова тронулись в путь. Я сидела, развалившись на заднем сиденье, и тихо ненавидела себя саму. Во время похмелья я всегда испытываю чувство вины. Мне все еще было страшно подумать о том, до какого состояния я напилась вчера вечером. Слава богу, что Синтия всегда находилась рядом со своим мужем. Иначе я начала бы к нему приставать. Я содрогнулась, вспомнив, как лукаво ухмыльнулся сегодня утром Барри, встретив меня в холле.

– Как спалось? – спросил он, подмигнув мне.

– Так себе, – ответила я. – Генри слишком громко храпел на соседней кровати.

Генри смущенно засмеялся, и я бросила сердитый взгляд на Барри, который в будничной одежде снова показался мне отвратительным. Уж конечно, даже после четырех галлонов джина, никому и в голову не придет, что у меня могло быть хоть что-то, достойное упоминания, с Генри! Или им это все же приходит в голову? Я была раздавлена. Я дала себе слово больше никогда так не напиваться.

Генри снова начал что-то бормотать себе под нос. Я закрыла глаза, прижала бутылку с водой к груди и заснула. Я проснулась, когда машина Генри остановилась около моего дома. Меня мучили жажда и головная боль.

– Ты сможешь самостоятельно дойти до крыльца? – спросил Генри, доставая мой чемодан из багажника.

Нет, Генри, конечно не могу…